Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Соколовой С.В., судей Карсаковой И.В., Родина Ю.А.,
при участии от общества с ограниченной ответственностью «Привод Эксперт» Ситникова А.С. (доверенность от 11.10.2024 № 9), от Санкт-Петербургской таможни Стрельниковой Я.А. (доверенность от 09.01.2025 № 04-19/0003),
рассмотрев 28.10.2025 в открытом судебном заседании кассационные жалобы Уссурийской таможни и Санкт-Петербургской таможни на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.04.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2025 по делу № А56-108954/2024,
у с т а н о в и л:
Общество с ограниченной ответственностью «Привод Эксперт», адрес: 194292, Санкт-Петербург, 6-й Верхний пер., д. 12, лит. А, ОГРН 5067847016155, ИНН 7841336467 (далее - Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением к Санкт-Петербургской таможне, адрес: 199034, Санкт-Петербург, 9-я линия В.О., д. 10, лит. А, корп. 2, ОГРН 1037800003493, ИНН 7830001998, об обязании возвратить 1 906 096 руб. 96 коп. излишне уплаченных таможенных платежей.
Определением от 13.01.2025 суд первой инстанции привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Уссурийскую таможню, адрес: 692519, Приморский край, г. Уссурийск, ул. Ленина, д. 103, ОГРН 1022500869533, ИНН 2511008765 (далее - Таможня).
Решением суда первой инстанции от 09.04.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 15.07.2025, заявленные требования удовлетворены.
В кассационной жалобе Таможня, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, просит отменить решение от 09.04.2025 и постановление от 15.07.2025, принять по делу новый судебный акт - об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Таможня настаивает на законности своих решений от 22.08.2024, 23.08.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары (далее - ДТ) № 10228010/211021/0502117, 1022810/290921/0456919, 10228010/130921/0423148, 10228010/260821/0392113, 10228010/101221/3032236, 10228010/231121/056712, 10228010/201221/3050318, 10228010/151121/0549020, 10228010/031121/0529807, в части включения в структуру таможенной стоимости ввезенных товаров дивидендов, выплаченных иностранному поставщику - учредителю Общества, на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) и, как следствие, уведомлений Санкт-Петербургской таможни, по которым Обществом осуществлена уплата таможенных платежей и пеней. Таможня заявляет о необоснованности вывода судов о том, что выплата дивидендов осуществлялась за счет прибыли от реализации товаров, ввезенных Обществом на территорию Евразийского экономического союза (далее - ЕАЭС) не только в 2021 году, но и в иные периоды, а также за счет иного осуществляемого Обществом вида деятельности. Как указывает таможенный орган, в ходе камеральной проверки Общество само представило сведения о суммах полученной выручки, чистой прибыли и выплаченных дивидендов, приходящихся на каждый товар по спорным ДТ; при расчете дополнительных начислений таможенный орган исходил из представленных Обществом сведений и не учитывал иную прибыль Общества, полученную не от продажи спорных товаров, а от другого вида деятельности.
В кассационной жалобе Санкт-Петербургская таможня, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит отменить решение от 09.04.2025 и постановление от 15.07.2025, принять по данному делу новый судебный акт - об отказе в удовлетворении заявленных требований.
Как указывает податель кассационной жалобы, Санкт-Петербургская таможня является таможенным органом, уполномоченным на взыскание таможенных платежей и пеней с Общества, совершает только действия технического характера по взысканию задолженности на основании принятых решений о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ; уведомления от 22.08.2024 № 10210000/У2024/0009826 - 10210000/У2024/0009829, от 23.08.2024 № 10210000/У2024/0009846 - 10210000/У2024/0009850 оформлены уполномоченным таможенным органом и соответствуют установленным действующим законодательством порядку и требованиям; данные уведомления являются документами, содержащими информацию о неисполнении обязанности по уплате таможенных платежей и сроке добровольного исполнения этой обязанности; в качестве таможенного органа, который обязан осуществить возврат Обществу излишне уплаченных таможенных платежей, судам необходимо было указать Таможню.
В отзыве на кассационные жалобы Общество, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения.
Определением суда кассационной инстанции от 30.09.2025 судебное разбирательство по кассационной жалобе Таможни в порядке, предусмотренном статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), отложено на 28.10.2025 для совместного рассмотрения с кассационной жалобой Санкт-Петербургской таможни.
Определением от 27.10.2025 в соответствии со статьей 18 АПК РФ произведена замена судьи Савицкой И.Г. на судью Родина Ю.А.
В силу пункта 5 статьи 18 АПК РФ судебное разбирательство в кассационной инстанции произведено с самого начала.
До начала судебного заседания от Таможни поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие его представителя.
В судебном заседании представитель Санкт-Петербургской таможни поддержал доводы кассационной жалобы, а представитель Общества возражал против удовлетворения кассационных жалоб.
Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.
Как следует из материалов дела, в рамках рамочного договора поставки от 14.07.2006 № 100706, заключенного с KTR Systems GmbH (прежнее наименование KTR Kupplungstechnik GmbH, Германия), Общество в 2021 - 2022 годах ввезло на таможенную территорию ЕАЭС товар: муфты, части жидкостных насосов, изделия из твердой резины, алюминия и т.д.
К таможенному оформлению в целях помещения под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» ввезенный товар предъявлен Обществом в регионе деятельности Северо-Западной электронной таможни по 29 ДТ, включая спорные ДТ. Таможенная стоимость ввезенного товара определена по первому методу - по стоимости сделки с ввозимыми товарами согласно статье 39 ТК ЕАЭС. Для подтверждения задекларированной таможенной стоимости товара в таможенные органы представлен комплект документов.
При декларировании товаров в графе 7(а) ДТС-1 заявлено, что между продавцом и покупателем имеется взаимосвязь. В графе 9(б) формы ДТС-1 указано, что продажа товаров не зависит от соблюдения условия, в соответствии с которым часть дохода (выручка), полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров, прямо или косвенно причитается продавцу.
Товар выпущен таможенным органом в соответствии с заявленной таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления с принятием заявленной таможенной стоимости товара.
Из акта проверки № 10716000/210/120724/А000032, составленного Таможней 12.07.2024 по результатам проведенной с 08.05.2024 по 12.07.2024 в отношении Общества на основании статьи 332 ТК ЕАЭС камеральной таможенной проверки по вопросу достоверности сведений о таможенной стоимости товаров, ввезенных по поверяемым ДТ, следует вывод о том, что дивиденды от распределения чистой прибыли Общества за 2021 год, полученные поставщиком, являющимся учредителем Общества, должны быть добавлены к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары, ввезенные по 23 ДТ, в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС как часть полученного в результате последующей продажи ввозимых товаров дохода, которая прямо или косвенно причитается продавцу.
Как установила Таможня, с 17.05.2006 по 28.03.2023 учредителем и единственным участником Общества являлась KTR Systems GmbH, которой по результатам деятельности за 2021 год по решениям единственного участника Общества от 18.07.2022 № 13-07/2022, от 01.08.2022 № 14-08/222 были выплачены платежными поручениями от 26.07.2022 № 18, от 04.08.2022 № 19 дивиденды в общей сумме 23 529 412 руб. (с учетом 15% налога на прибыль с дивидендов). В ответ на запрос таможенного органа Общество с письмом от 01.04.2024 № 5 представило сведения о суммах полученной выручки, чистой прибыли и выплаченных дивидендов в разрезе каждого товара по проверяемым ДТ (таблицу с суммами выручки и прибыли за 2021 год с разбивкой по товарам), на основании которых Таможня определила дополнительные начисления к цене товара, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.
По результатам проверки Таможня приняла 22.08.2024 и 23.08.2024 решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ, после выпуска товара в соответствии с приложенными к таким решениям корректировками ДТ.
На основании статьи 73 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в адрес Общества Санкт-Петербургской таможней направлены уведомления от 22.08.2024 № 10210000/У2024/0009826 - 10210000/У2024/0009829, от 23.08.2024 № 10210000/У2024/0009846 - 10210000/У2024/0009850 о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней.
Общество во исполнение указанных решений и уведомлений по платежным поручениям от 11.09.2024 № 44 - 52 перечислило 1 906 096 руб. 96 коп. таможенных платежей и пеней.
Посчитав излишне уплаченной указанную сумму ввиду отсутствия у Таможни правовых оснований учитывать в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров дивиденды, Общество обратилось в арбитражный суд.
Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования, придя к выводу о недоказанности Таможней наличия у Общества обязанности включения в таможенную стоимость суммы дивидендов как части доходов от реализации товаров. По мнению судов, влияние на структуру таможенной стоимости дивидендов возможно, если их выплата выступает оговоренным условием продажи конкретных импортируемых товаров и доказано влияние взаимосвязи покупателя и продавца на стоимость сделки (намеренное занижение стоимости, не соответствующее действительным договоренностям, в результате чего денежные средства, выплаченные продавцу в виде дивидендов, фактически представляют его доход). В настоящем деле, как указали суды, таможенным органом не доказано, что выплата рассматриваемых дивидендов являлась одним из условий продажи ввозимых товаров, равно как не представлено доказательств влияния взаимосвязи Общества и поставщика на стоимость сделки и дальнейшее распределение прибыли Общества. Кроме того, суды посчитали, что единственным основанием для включения дивидендов в таможенную стоимость ввезенных товаров послужили представленные Обществом сведения в табличной форме по каждому товару, отражающие суммы выручки, прибыли от реализации и выплаченных дивидендов, которые не являются бухгалтерской отчетностью, представлены Обществом исключительно для целей исполнения требования таможенного органа, что не свидетельствует о согласии заявителя с позицией Таможни. Суды также посчитали доказанным утверждение Общества о реализации ввезенного товара в 2022 - 2024 годах.
Изучив материалы дела, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, кассационная инстанция считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Из взаимосвязанных положений пункта 15 статьи 38, пунктов 1, 3 статьи 39, подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС следует, что методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности. В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.
На основании подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляется часть полученного в результате последующей продажи, распоряжения иным способом или использования ввозимых товаров дохода (выручки), которая прямо или косвенно причитается продавцу.
При решении вопроса о необходимости включения в таможенную стоимость товаров каких-либо добавлений к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, установленных пунктом 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, необходимо исходить из существа таких расходов, обусловленных отношениями лиц, участвующих в сделке, и рассматривать в совокупности все факторы, характеризующие деятельность этих лиц.
Как разъяснено в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, дивиденды (чистая прибыль), полученные от реализации на таможенной территории ЕАЭС импортных товаров и выплаченные лицу, одновременно выступающему поставщиком таких товаров и учредителем покупателя товаров в Российской Федерации, включаются в таможенную стоимость, если они связаны с ввозимыми товарами.
Верховный Суд Российской Федерации указал, что, если ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, а доход (выручка) российского покупателя формируется преимущественно за счет продажи ввезенных товаров, решение вопроса о выплате дивидендов оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и (или) взаимосвязанных с ним участников группы компаний (при отсутствии законодательных ограничений), что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость.
Установив наличие признаков такого рода манипулирования при формировании стоимости сделки с ввозимыми товарами со стороны декларанта в случаях импорта товаров по сделкам между взаимосвязанными лицами, таможенные органы применительно к пункту 5 статьи 39 ТК ЕАЭС вправе провести анализ обстоятельств, сопутствующих продаже товаров, а декларант обязан подтвердить, что фактически уплаченная или подлежащая уплате за товар цена была установлена в отсутствие влияния на нее взаимосвязи сторон сделки, в том числе посредством раскрытия информации о ценообразовании.
Таким образом, платежи, поименованные в качестве дивидендов, признаются связанными с ввезенными товарами и включаются в их таможенную стоимость на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, если по своей сути данные платежи обеспечивают получение продавцом части причитающегося ему дохода (выручки) от продажи ввезенных товаров и выполняют данную функцию в отношениях между сторонами внешнеторгового контракта.
Судами установлено и материалами дела подтверждается, что единственным учредителем Общества с 17.05.2006 по 28.03.2023 была KTR Systems GmbH, т.е. в силу положений статьи 37 ТК ЕАЭС Общество и данная компания являются взаимозависимыми лицами.
В 2021 году KTR Systems GmbH реализовывала заявителю товар, который был ввезен Обществом по спорным ДТ и использован при осуществлении вида деятельности «торговля оптовая прочими машинами, оборудованием и принадлежностями».
Таким образом, ввезенный по спорным ДТ товар приобретен Обществом у своего учредителя - KTR Systems GmbH.
На основании абзаца второго пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление № 49) в тех случаях, когда взаимосвязь участников сделки установлена при проведении таможенного контроля и таможенным органом выявлены признаки недостоверного декларирования таможенной стоимости, декларант обязан подтвердить, что фактически уплаченная или подлежащая уплате за товар цена была установлена в отсутствие влияния на нее взаимосвязи сторон сделки, в том числе посредством раскрытия информации о ценообразовании (пункт 5 статьи 39 ТК ЕАЭК).
Информацию и сведения о ценообразовании, которые применялись по рамочному договору поставки от 14.07.2006 № 100706, предусматривающему определение сторонами точной стоимости партии поставляемого товара и условий его поставки в соответствующих отдельных спецификациях, Общество не раскрыло. Не доказало Общество и отсутствие влияния на устанавливаемую сторонами таким образом цену товара взаимосвязи сторон сделки.
При таком положении утверждение судов о недоказанности Таможней влияния взаимосвязи покупателя и продавца на стоимость сделки неосновательно.
В соответствии с уставом Общества решение о распределении чистой прибыли принимает общее собрание участников Общества.
Единственным участником Общества - KTR Systems GmbH приняты решения от 18.07.2022 № 13-07/2022, 01.08.2022 № 14-08/2022 о направлении части прибыли, полученной Обществом в 2021 году, в размере 23 529 412 руб. на выплату в качестве дивидендов KTR Systems GmbH, а остальной части прибыли в размере 6 657 563 руб. 07 коп. на развитие основных видов деятельности Общества.
Дивиденды в адрес KTR Systems GmbH фактически выплачены.
Как пояснило Общество в ходе камеральной проверки, в 2021 году чистая прибыль сформировалась за счет реализации товаров, ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС в 2019 - 2021 годах, и за счет реализации иных товаров и услуг, оказываемых компанией.
Доказательств того, что наибольший объем при формировании финансового результата Общества за 2021 год составила не выручка от продажи ввезенных товаров, приобретенных у KTR Systems GmbH, и основным источником дохода Общества являлись поступления денежных средств от иного вида деятельности, Общество в ходе проверки не представило.
В нарушение требований части 2 статьи 65, части 1 статьи 168 и части 4 статьи 170 АПК РФ приведенные обстоятельства остались без должного внимания судов, хотя имели значение для правильного разрешения спора.
Вывод апелляционного суда о том, что проведенный Обществом анализ реализации товара подтверждает факт продажи ввезенного по спорным ДТ в 2022 - 2024 годах, а не в 2021 году, носит предположительный характер и надлежащим образом не аргументирован.
В ходе проверки Общество не ссылалось на какие-либо доказательства, свидетельствующие о реализации ввезенного по спорным ДТ товара в 2022 - 2024 годах, что исключило возможность проверки Таможней заявленного Обществом только в ходе судебного разбирательства довода о формировании чистой прибыли за 2021 год, из которой выплачивались дивиденды, не за счет продажи товаров, ввезенных по спорным ДТ.
Указанные обстоятельства не получили надлежащей судебной оценки.
Учитывая, что KTR Systems GmbH является одновременно и учредителем Общества, и поставщиком товаров, реализацию которых на территории Российской Федерации осуществляло Общество, Таможня посчитала, что 23 529 412 руб., выплаченная в адрес KTR Systems GmbH, является доходом, полученным в связи с реализацией ввезенного в рамках рамочного договора поставки от 14.07.2006 № 100706 товара, и подлежит включению в таможенную стоимость товаров в соответствии с подпунктом 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС.
В целях соотнесения дивидендов, полученных поставщиком, являющимся учредителем и единственным участником Общества, Таможня запросила у Общества информацию о суммах полученной выручки, прибыли от реализации, выплаченных дивидендов в разрезе каждого товара по проверяемым ДТ.
Соответствующую информацию Общество представило по запросу таможенного органа с письмом от 01.04.2024 № 5.
Вывод судов о том, что единственным основанием для включения дивидендов в таможенную стоимость ввезенных товаров явились представленные Обществом с письмом от 01.04.2024 № 5 сведения в табличной форме по каждому товару, отражающие суммы выручки, прибыли от реализации и выплаченных дивидендов, которые не являются бухгалтерской отчетностью, и представлены Обществом исключительно для целей исполнения требования таможенного органа, кассационная инстанция считает необоснованным.
В соответствии с пунктом 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).
В абзаце четвертом пункта 13 Постановления № 49 указано, что при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.
Расчет дополнительных начислений к цене товара, предусмотренных подпунктом 3 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, произведен Таможней на основании представленных самим Обществом сведений; замечаний к расчету Обществом не заявлено, контррасчет в материалы дела не представлен.
Обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у таможенного органа правовых оснований руководствоваться представленными Обществом сведениями, суды в обжалуемых судебных актах не привели.
При таком положении кассационная инстанция считает, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, суды не приняли мер к полному и всестороннему исследованию доказательств в совокупности и взаимосвязи.
Из содержания обжалуемых судебных актов также следует, что судами не рассмотрены и не оценены доводы Общества о необоснованном начислении пеней, начиная со дня подачи ДТ, без учета периода действия с 01.04.2022 по 01.10.2022 моратория, имеющихся на лицевом счете Общества авансовых платежей в спорный период времени.
В соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены постановления суда апелляционной инстанции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Суд кассационной инстанции в силу полномочий, установленных статьей 286 и пунктом 2 статьи 287 АПК РФ, не обладает самостоятельным правом на установление обстоятельств дела, которые не были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций. В компетенцию суда кассационной инстанции не входит исследование доказательств и установление фактических обстоятельств.
Поскольку для принятия законного и обоснованного судебного акта требуются установление обстоятельств, исследование и оценка доказательств, принятые судами по данному делу решение от 09.04.2025 и постановление от 15.07.2025 подлежат отмене, а дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ - направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
При новом рассмотрении дела суду в соответствии со статьей 71 АПК РФ надлежит установить все имеющие существенное значение для дела обстоятельства на основании полного и всестороннего исследования представленных сторонами доказательств в их совокупности и взаимосвязи и на основании их правовой оценки вынести законный и обоснованный судебный акт.
Руководствуясь статьей 286, пунктом 3 части 1 статьи 287 и статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа
постановил:
решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.04.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2025 по делу № А56-108954/2024 отменить.
Дело № А56-108954/2024 направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
|
